Лауреатом Нобелевской премии 2015 года по экономике стал американский экономист Ангус Дитон, профессор Принстонского университета в США. В сообщении Нобелевского комитета отмечается, что премии удостоены его работы, посвященные “анализу проблем бедности, потребления и благосостояния населения”.
Нобелевский комитет выделяет три составляющих работ профессора Ангуса Дитона, которые теперь удостоены премии. И первая из них – разработанные им методы оценки потребительского спроса. А именно – исследовать не просто совокупный спрос населения той или иной страны, но разделяя его на части – как по отдельным группам товаров, так и по разным группам населения, с разным уровнем доходов. О работах нобелевского лауреата 2015 года по экономике мы говорим с научным сотрудником Гуверовского центра Стэнфордского университета в США профессором экономики Михаилом Бернштамом.
Фактически Ангус Дитон предложил экономистам идти в этих оценках не от общего к частному, а наоборот, от частного к общему?
Михаил Бернштам:
- Именно так. Когда речь идет о спросе на отдельный товар, понятно, что он падает при повышении цены. Но зависимость цены от спроса на разные товары разная. Плюс - люди меняют и структуру своей потребительской корзины в зависимости от колебаний цен на отдельные товары. В результате и возникает довольно сложная картина, которая ранее не изучалась. Чтобы понять, что действительно происходит с частным потреблением, то есть с расходами домохозяйств, надо смотреть не просто на национальное потребление в совокупности, а именно на отдельные домохозяйства. Ведь в них происходит замещение одних товаров другими, что зависит и от уровня дохода, и от принадлежности к той или иной социальной группе, и от возраста, и от состава домохозяйства. Ангус Дитон и Джон Мюльбауэр разработали такую систему оценок, которая включает не только все товары, но и как они в этом потреблении “взаимодействуют”. И тогда мы можем получить реальную картину потребления, расходов домохозяйств.
Еще в 1980 году Ангус Дитон с Джоном Мюльбауэром разработали так называемую модель “Почти идеальной системы спроса”. Как можно представить ее суть и практическую значимость?
Михаил Бернштам:
- Это - система уравнений, которая суммирует все товары, весь спрос, все цены. Она показывает, как домохозяйства распределяют собственное потребление между отдельными товарами - в зависимости от того, как меняются цены на них, а также от того, как меняется возраст членов отдельных домохозяйств и социальное их положение. Практическая значимость такой системы велика.
Другую новацию в работах лауреата 2015 года, также отмечаемую в сообщении Нобелевского комитета, в экономической науке называют “парадоксом Дитона”. Речь идет о сопоставлении динамики доходов населения, с одной стороны, и динамики его расходов, то есть потребления, с другой. Более того, этот парадокс, как показал сам Дитон, в какой-то период жизни человека может закономерно возникать, а когда-то – также закономерно исчезать…
Михаил Бернштам:
- Парадокс, по определению, есть ситуация, которая кажется неправильной или необычной, но он, тем не менее, разрешается. И тогда оказывается, что все в общем-то было правильным и логичным. С 1950-х годов в экономической науке было известно (по работам Франко Модильяни и Милтона Фридмана, оба - Нобелевские лауреаты), что потребление сокращается несколько меньше, чем сокращается доход, или же повышается несколько меньше, чем повышается доход: ведь некое базовое потребление необходимо просто для жизни, а все остальное – скажем, сбережения - можно как сократить, так и увеличить в зависимости от изменений условий. Но по мере того, как человек становится старше, или по мере того, как меняется уровень доходов населения на разных циклах деловой активности в экономике, происходит “эффект сглаживания”, когда потребление сглаживается по времени.
Так вот, проводимые микропереписи домохозяйств показали - парадокс! - что в действительности люди ведут себя в соответствии с собственными ожиданиями того, как будут меняться их доходы. И, скажем, потребление очень часто повышается больше, чем растут текущие доходы, так как люди ожидают, что их доходы и дальше будут увеличиваться. И наоборот. Это и есть “парадокс Дитона”. Но он показал, что вопрос разрешается тем, что пока в одних группах домохозяйств доход повышается, у других он снижается. Наконец, по мере того, как люди стареют, они, с точки зрения потребления, становятся все более похожими друг на друга. Потребление пожилых людей является более или менее стабильным в этот период их жизни.
Михаил Бернштам:
- Совершенно верно. Одна из главных заслуг Ангуса Дитона - создание методологии, которая относительно постоянна по всем вопросам, которые он разрабатывал. А именно - микроперепись домохозяйств, исследования от частого к общему, а затем - суммирование данных. Это имеет большое практическое значение именно для изучения развивающихся стран.
Вот мы сегодня говорим, что в последнее время в мире бедность впервые снизилась на 10%. Но – откуда мы это знаем? Как мы вообще можем это установить? Те методы, которые Дитон разработал по микропереписям населения, основанные на создании больших баз данных изучения отдельных домохозяйств, как раз это и показывают. Ведь раньше в значительной мере использовались долгосрочные исследования одной и той же выборки домохозяйств. Но постепенно какие-то домохозяйства из нее выпадали - люди переезжали, люди умирали… И этот метод, в общем-то очень ценный для статистики по развитым странам, он не давал достаточно представительных результатов для стран развивающихся.
Ангус Дитон предложил другой метод, а именно - повторяющиеся наблюдения за группами ровесников. Их проще исследовать, у них вырабатывается некий определенный тип потребления. Нужно сравнить, как он меняется в зависимости от колебаний экономического роста. Это и дает нам в итоге результаты, достаточные для того, чтобы сказать: согласно такому статистическому исследованию домохозяйств-ровесников, уровень жизни повысился, бедность снизилась на 10%. Или наоборот, уровень жизни не повысился, бедность не сократилась. То есть такая методология дает реальную картину того, что происходит в развивающихся странах.
Михаил Бернштам:
- Здесь несколько интересных проблем возникает. Дело в том, что раньше в экономической науке смотрели больше на совокупные данные по странам и на общее количество населения в них. И по ним рассчитывали уровень жизни, в частности, объем ВВП на душу населения. Таким же образом рассчитывался и уровень бедности. Но при этом не учитывались изменения состава семьи. Скажем, общее потребление семьи многодетной может быть несколько меньшим: по расчетам Ангуса Дитона, дети потребляют примерно 30-40% от потребления взрослого человека, этого им достаточно, в условиях бедности, для “нормальной” жизни. Поэтому необходимо учитывать и такой, демографический фактор для реальных оценок. Ведь по мере того, как общество развивается, снижается рождаемость, многодетных семей становится меньше, что отражается и на структуре потребления. Нужно учитывать всю эту сложную совокупность, только тогда у нас методологически получается реалистическая картина происходящего.
Михаил Бернштам:
- Проведенные в развивающихся странах исследования показали, что уровень экономического развития не зависит от качества питания. Это была лишь удобная теория для того, чтобы не развивать в них современные институты, а все валить на плохое питание и таким образом пропагандировать зарубежную помощь. Ангус Дитон показал, что причинно-следственная связь здесь обратная. То есть низкий уровень доходов порождает и плохое питание, и высокую заболеваемость населения. Тогда как по мере экономического развития, повышения уровня образования, внедрения современных технологий, производительность труда растет даже при плохом питании, которое, кстати, при этом неизбежно улучшается, как и потребление в целом. Это очень важно в практическом отношении. Ведь многие программы зарубежной помощи бедным странам предусматривают именно прямые поставки продовольствия, которые просто выгодны сельхозпроизводителям в более богатых странах.
Ангус Дитон же настаивал на том, что лучшая зарубежная помощь в такой ситуации – распространение в бедных странах знаний об элементарных принципах медицины, социальной гигиены. Что все остальное есть собственное экономическое развитие этих стран, формирование в них необходимых социальных институтов, инфраструктуры. А также - дело их правительств, которые зависели бы не от тех, кто предоставляет зарубежную помощь, а от собственного населения. И что именно проводимая ими экономическая политика, а не питание, есть ключ к решению проблемы бедности в наименее развитых странах.
Нобелевская премия по экономике была учреждена Центральным банком Швеции в 1968 году – по случаю 300-летия основания банка и как премия “памяти Альфреда Нобеля”. Впервые она была присуждена в 1969 году, теперь премия будет вручаться в 47-ой раз. Ангус Дитон, которому ровно через неделю исполняется 70 лет, стал 76-ым ее лауреатом.
Согласно завещанию самого шведского промышленника и изобретателя, премии его имени присуждаются, начиная с 1901 года, в пяти номинациях – физика, химия, медицина, литература, а также премия мира.