„Кандидат — это не объект, а субъект рекрутинга, и работать с ним нужно соответственно“, — настаивает Наталья Десятник, вице-директор по персоналу концерна „Калина“. О том, как работать на „рынке кандидата“, и почему некоторые кадровые агентства могут оказаться на этом рынке лишними, она рассказала в интервью порталу еРабота.
„Кандидат — это не объект, а субъект рекрутинга, и работать с ним нужно соответственно“, — настаивает Наталья Десятник, вице-директор по персоналу концерна „Калина“. О том, как работать на „рынке кандидата“, и почему некоторые кадровые агентства могут оказаться на этом рынке лишними, она рассказала в интервью порталу еРабота.e Наталья, для уральских кадровых агентств кандидат чаще объект или субъект отношений на рынке труда?
Безусловно, чаще объект. Несмотря на то, что рынок труда развивается довольно бурно и при этом становится качественно иным, подавляющее большинство кадровых агентств работают «по старинке». Да, они развивают новые сервисы (аутстаффинг, лизинг персонала, администрирование персонала и пр.), активнее ведут себя в медийном пространстве, но при этом основное ядро их деятельности — рекрутинг — практически не претерпевает изменений.
e А почему это плохо?
В первую очередь потому, что отношение к соискателю остается шаблонным, его рассматривают просто как «товар» и не хотят понимать, что наступило совсем другое время. На сегодня соискатель — уже не «товар», а продавец товара. Причем товара чрезвычайно дефицитного (опыт, квалификация, энтузиазм, результативность). И будучи продавцом, то есть, активным участником рынка, его субъектом, он вправе рассчитывать на соответствующее отношение со стороны других игроков. Тем более что подавляющее большинство агентств специализируются на работе с квалифицированными специалистами и руководителями. Эти люди отлично знают, как именно должен вестись бизнес, как нужно обращаться с клиентами. В реальности же подобные кандидаты сталкиваются совершенно с другим отношением.
e На основании чего вы делаете такие выводы?
Это не просто мои размышления. Испытывая заметные трудности с подбором подходящего нам персонала, мы стали активнее общаться с соискателями на предмет того, чего они сами ждут от работы с рекрутерами, на основании каких критериев принимают решение, работать ли дальше с кадровым агентством или нет. Конечно, наше исследование трудно назвать полностью репрезентативным, но результаты его весьма показательны. К тому же они подтверждаются теми данными, которыми делятся мои коллеги-рекрутеры.
e Можете поделиться результатами исследования?
Да, конечно. По нашим данным более 90% кандидатов нуждаются в том, чтобы их в агентстве кто-то «вёл», работал с ними персонально и на каждом этапе давал обратную связь. Однако на практике всё выглядит так:
— только в 40% случаев соискатель получает от агентства подтверждение, что его резюме получено, причем зачастую кандидат просто получает автоматическое уведомление от «господина компьютера»;
— если резюме соискателя, которое он отправил на конкретную вакансию, не устроило агентство или заказчика — соискатель почти никогда об этом не узнаёт (сообщают об этом в 12% случаев, и лишь в 8% — называют причины);
— если соискатель прошёл собеседование в агентстве и оно неудачно, ему сообщают об этом всего в 28% случаев, и лишь в редких случаях при этом внятно озвучивают причины;
— отказав кандидату либо приняв его резюме на конкретную вакансию, агентство «вспоминает» о нем лишь в 14% случаев, предлагая ему альтернативы. При этом, самостоятельно проявив активность и направляя в агентство всё новые и новые резюме, в 46% случаев соискатель находит-таки через него работу. Создается впечатление, что пресловутые «базы данных» активно практически не используются.
Всё это говорит лишь о том, что клиентом для кадровых агентств по-прежнему являются работодатели, а соискатели — просто «материал». Однако не все готовы мириться с таким отношением. Кандидаты начинают более придирчиво подходить к работе с агентствами, иногда принципиально уклоняются от сотрудничества с кем-то конкретно, так как описанный выше формат для них некомфортен. Ведь не получив никакой реакции после собеседования, кандидат, особенно молодой, нередко начинает комплексовать: может он чем-то не устроил заказчика, агентство или ту «девочку», которая с ним беседовала; если не устроил, то почему; а, может, про него просто забыли; или у него запросы не те.
e В чем причина подобного отношения к соискателям?
Основная причина такого положения дел — нынешнее состояние рынка труда. Как и любой другой стремительно растущий рынок, он зачастую «прощает» ошибки и халатности. Тем более что у нас принято сравнивать нынешнее положение дел с прошлым, а не с тем, как «должно быть». При таком раскладе и собственники, и топ-менеджеры остаются довольны: обороты растут и с прибылью всё нормально. Хотя, конечно, реальная картина далека от идеала.
Внутренних же причин значительно больше. Это и элементарная погоня за «короткими» деньгами в ущерб перспективе, и самоуспокоенность, и отсутствие стандартов ведения бизнеса. Нельзя умолчать и о гигантском разрыве между гонораром агентства за предоставленного кандидата и размером премии того консультанта, который данного кандидата «ведёт». Но эти причины — уже производные кажущегося бесконечным «терпения» рынка.
e И каковы могут быть последствия для рынка труда?
С самим рынком ничего страшного не произойдет, так как его развитие обусловлено объективными факторами: демография, темпы и направления развития экономики, изъяны системы профессионального образования и так далее. Мы же сейчас говорим о факторах субъективных: просчёты в бизнес-планировании некоторых руководителей, слабая аналитика, неумение «прописать» и внедрить стандарты, лень-матушка и прочая «неохота». Все эти факторы скорее влияют на конфигурации рынка. Вопрос стоит о том, какую роль будут занимать кадровые агентства, профессиональные посредники рынке труда. Возможно, что всё пойдет «правильно». Выделятся агентства, которые будут ориентированы не только на компании, но и на соискателей. Они реализуют открывающиеся ныне возможности и получат конкурентное преимущество. В силу этого в данной части рынка может произойти серьёзная «перегруппировка».
e А в противном случае?
В противном случае два оставшихся звена этого рынка — работодатель и кандидат — вынуждены будут делать шаги навстречу друг другу, минуя кадровые агентства. Компании-работодатели будут всё больше заниматься самостоятельным рекрутингом, активнее развивать корпоративные университеты, выстраивать программы лояльности для своего персонала, вкладываться в формирование собственного имиджа, как работодателя. А соискателям придется быть активнее, например — вести адресный поиск работы (ищу не просто работу, а работу в определённых компаниях — и обращаюсь к ним напрямую). В целом мы видим, что процессы эти уже начались, и никого это сейчас не удивляет.
Приведу пример из другой области: если на рынке FMCG дистрибьютор работает некачественно, то производитель и торговая сеть заключают прямой договор. Да, поработать нужно будет больше, но деньги «на сторону» не уходят. Так и в нашем случае, грамотный кандидат — такой же бизнесмен, продающий свои компетенции, и он вполне может заключить договор напрямую.
e Что, «виноваты» только кадровые агентства?
Ну, самих-то кандидатов особенно винить не в чем: клиент всегда прав. А ведь именно кандидаты сейчас для агентств выступают клиентами в большей степени, нежели работодатели, именно они в дефиците. Работодателей и агентств, в целом, хватает, а вот рабочих рук (или работающих голов) мало. И если соискатели порою капризничают или идут на принцип, они могут себе это позволить. В конце концов, почему человек должен «продавать» свои знания, опыт, волю, интеллект «задёшево», если может «продать» дорого? С работодателями сложнее: доля вины на них, безусловно, лежит. Зачастую они абсолютно не работают над своим имиджем, недостаточно принципиальны в работе с кадровыми агентствами, иногда не знают, кто именно им нужен, не до конца честны с кандидатами, особенно на «старте».
e Как в таком случае агентству «правильно» работать на рынке кандидата?
Думаю, не мне заниматься нравоучениями в адрес агентств, это было бы не корректно. Тем более, и у нас в концерне не все так уж гладко в работе с персоналом и с кандидатами в частности. Тем не менее, выше я уже описала ожидания соискателей и некоторое несоответствие этих ожиданий реальной практике. Нужно ликвидировать этот «разрыв». Самое главное — осознать происходящие перемены и отчасти «сменить ориентацию». Конечно, необходимо иметь статусных и надёжных заказчиков. Но эта необходимость сегодня диктуется тем, что посредством «интересных» заказчиков агентства привлекут «качественных» соискателей, а не наоборот. В конце концов, «продать» хорошего кандидата теперь совсем не проблема.
Ориентация на соискателей — это не просто игра в «клиентоориентированность», это четкий экономический расчёт. У каждого агентства в «портфеле» есть определенная численность соискателей, составляющих «ядро». Если же агентство сумело сформировать такое «ядро» из профессиональных и при этом лояльных к себе кандидатов, то можно обходиться базой в два-три раза меньше. Не забывайте, что средний срок работы сотрудника в одной компании становится всё короче — это тоже тенденция рынка — а, следовательно, кандидат всё чаще выходит на рынок. За него нужно бороться.
e Относятся ли ваша критика к иностранным кадровым агентствам?
Пока я не заметила принципиальной разницы в работе отечественных и иностранных кадровых агентств. По логике вещей, у иностранных компаний должно быть преимущество в отработке процедур и стандартов. Но пока — и по моим личным ощущениям, и согласно итогам нашего анкетирования соискателей — это не сильно заметно. Зарубежные коллеги разве что более придирчиво подходят к ряду формальных признаков своего персонала (внешний вид, знание языков). В остальном — все очень похоже. С другой стороны, я могу отметить, что если кадровые агентства, надлежащим образом ведущие кандидатов — пока ещё экзотика, то конкретные рекрутеры, которые стремятся грамотно работать с соискателями, встречаются куда чаще. Это вселяет надежду.